Сучки и задоринки зеленого кольца шахтерской столицы

Нашему промышленному региону тяжело дышать без лесной защиты. Сегодня мы рассказываем о том, кто её создает и что мешает специалистам
Растут дубравы в тени терриконов
«На юго-западном отроге донецкой возвышенности, в верховьях водораздельного кряжа между р.р. Кальмиусом и Волчьей, расположено во многих урочищах 313 дес. старого леса, принадлежащего Новороссийскому обществу. Леса эти являются единственными представителями древесной растительности на границе абсолютно степного Мариупольского уезда».

Нашему промышленному региону тяжело дышать без лесной защиты. Сегодня мы рассказываем о том, кто её создает и что мешает специалистам
Растут дубравы в тени терриконов
«На юго-западном отроге донецкой возвышенности, в верховьях водораздельного кряжа между р.р. Кальмиусом и Волчьей, расположено во многих урочищах 313 дес. старого леса, принадлежащего Новороссийскому обществу. Леса эти являются единственными представителями древесной растительности на границе абсолютно степного Мариупольского уезда».
Составители изданного в позапрошлом веке сборника «Леса Екатеринославской губернии», к сожалению, не назвали причину, по которой Лукоморье обрело известность абсолютно степной зоны. Леса здесь росли еще во времена царя Гороха, о чем свидетельствуют сохранившиеся по сей день островки байрачных дубрав. Однако практически все они были вырублены корабелами Петра Первого, солеварами и появившимися в этих местах углежогами. К исправлению ошибки далеких предков потомки приступили довольно поздно, в середине прошлого столетия, когда на территории столицы шахтерского края и прилегаюших землях были заложены первые культуры древесных пород, которые безо всякой натяжки следует считать уникальными.
Уникальность состоит в том, что леса пришлось садить на успевших побывать под технологическим прессом почвах, у подножий горящих терриконов и на задворках предприятий. Но, как сказал главный лесничий области Петр Балеха, это была единственная возможность возродить изуродованные земли и тем самым ослабить негативное воздействие промышленности на жителей региона. Заодно лесоводы начали возводить вокруг города Сталино (теперь Донецк) зеленое кольцо, которое играло роль живой защиты и одновременно служило зоной отдыха.
И вот, по истечении пятидесяти восьми лет, можно с уверенностью утверждать, что нелегкая, но благородная миссия полностью выполнена. Сегодня в состав государственного предприятия «Донецкое лесное хозяйство» входят четыре лесничества: Кировское, Петровское, Пролетарское, Макеевское, где насчитывается порядка шести с половиной тысяч гектаров насаждений.
На опушках — кострища и бутылки
Учитывая специфические трудности выращивания леса на бросовых землях, программа озеленения шахтерской столицы давалась с большими потугами. Осложняло ее, как ни странно, упорное противостояние тех, ради кого садили деревья, то есть непосредственно дончан. За световой день мы с главным лесничим области побывали в нескольких урочищах. И везде наблюдалась набившая оскомину картина: покрытые лишайниками кострищ опушки, опорожненные бутылки, пакеты мусора, обезглавленные сосны.
— Все это считается нашей недоработкой, — с горечью констатирует Петр Балеха. — Но как прикажете усмотреть за порядком малочисленной лесной охране, которая, к тому же, не наделена соответствующими должностными полномочиями? А смехотворно низкие штрафы, а неприкрытое хамство со стороны состоятельных граждан… Буквально нынешним летом наткнулся на расположившуюся в сосняке семейку. Дорогой внедорожник, сотворенный из нержавеющей стали мангал, глава семейства дает сынишке уроки метания топорика в ствол живой сосны. Делаю мужчине замечания, но в ответ слышу:  «Да пошел ты.., пока я из тебя решето не сделал». А ведь я был в форме с генеральскими погонами, предъявил служебное удостоверение…
Кроме бытовых отходов, в зеленую зону выбрасывают и по-настоящему жуткие вещи. Сравнительно недавно главный лесничий вместе с другими членами рейдовой бригады обнаружил в одном из урочищ убитого ножом мужчину. Да и вообще,  лес в обывательском понимании по­чему-то представляется местом, где можно безнаказанно загаживать природу и творить другие не менее темные делишки. В частности,  эту точку зрения до некоторых пор разделяли семеро юнцов, устроивших в дубраве наркопритон. Одного из них успела спасти вызванная лесной охраной по телефону бригада «скорой», остальные шестеро отошли в мир иной до приезда медиков.
Беспардонное отношение дончан к зеленому другу особенно заметно прослеживается в хвойных насаждениях. Каждую зиму охрана отлавливает десятки охотников за новогодними елками, однако их ряды только множатся. А это, как вы понимаете, не проходит бесследно. В частности,  на боевом посту скончался лесничий Олег Кузьменко. Молодой еще человек так истрепал себя в войне с самовольными рубщиками елок, что после очередного инцидента у него просто отказало сердце.
Пока они еще шумят
Петру Балехе в выборе будущей профессии помог дед Пантелеймон, раскулаченный крестьянин, четверть века проведший в лагерях и на лесоповале.  «Я потерял все зубы, но выжил благодаря дарам леса: ягодам, грибам, кореньям. И запомни, внучок, пока шумят зеленые насаждения, человечество не пропадет с голодухи», — говорил он.
Родина по достоинству оценила труды главного лесничего области, однако самой высокой наградой следует считать названное в его честь урочище у околицы Моспино, которое провожатый выхаживал с усердием добросовестной няньки.
— Это киевские устроители во всем виноваты, — смущенно оправдывается Петр. — Почему-то возомнили, что основная заслуга принадлежит мне (так оно, собственно, и есть. — Прим. Ю.Х.), и назвали урочище «Балехино».
И действительно, даже при самой критичной оценке молодого леса убеждаешься, что это далеко не самое худшее место на планете. Запах хвои и полыни, небольшой пруд у опушки, усыпанная полевыми ромашками просторная балка, на склонах которой потомок деда Пантелеймона мечтает посадить сотню-другую гектаров крымской сосны, белой акции, фундука, серебристого лоха.
Но едва ли ему удастся осуществить задуманное: на косогоре, почти у самых домов Моспино, свежайший угольный разрез. При виде чужаков бравый молодец покидает кабину экскаватора и, схоронившись за железным конем, звонит кому-то по мобильному телефону.
Там, где планировали заложить молодой лес, идет добыча угля.
— Ну вот, прежде чем приступить к закладке леса, надо добиться закрытия самовольной копанки и привести в порядок испохабленную землю, — огорчается Петр Иванович. — С последним пунктом мы справимся, так сказать, имеем опыт в этом деле, а вот первое явно не по зубам…
Как известно, по количеству деревьев на среднестатистическую душу наш регион занимает одно из последних мест в Украине и Европе. Однако столь удручающее положение, похоже, не препятствует наступлению шахтерского мегаполиса на зеленого друга. Так, ради строительства автомагистрали Донецк — КПП «Успенка» пришлось пожертвовать семидесятью гектарами пятидесятилетней дубравы, после чего в защитном кольце образовалась еще одна зияющая прореха.
Да и вообще, донецкие лесоводы сегодня пребывают в крайне стесненных рамках. Одна из проблем состоит в том, что практически все прилегающие к городу земли после распаевки обрели статус частной собственности со всеми вытекающими отсюда последствиями. Впрочем, насколько я успел заметить,  это обстоятельство особо не печалит коллег Петра Балехи:
— Если государство пособит техникой и финансами, за нами дело не станет, — в один голос заявляют они. — Беремся в минимальные сроки восстановить разорванное кольцо, освоить терриконы, отвалы и вообще сделать Донецк самым зеленым городом Украины и Европы.
Каждый год — плюс сто гектаров
В соответствии с разработанной программой лесоводы Донецка ежегодно создают свыше ста гектаров новых насаждений. Главные породы — сосна крымская, дуб обыкновенный, орех черный, клен остролистый, тополь, белая акация.
09.07.2012 Юрий Хоба(Фото автора) donbass.ua